Maggie (petite_fee) wrote in gregoryens_ru,
Maggie
petite_fee
gregoryens_ru

Categories:

Грегори словами тех, кто его любит - Tele Loisirs


Грегори был создан для света и прожекторов. А она нет. После грустного дня – 30 апреля 2007 года – Лесли Лемаршаль предпочитала хранить молчание и ничего не говорить в СМИ о своем брате, которого она так любит. Но спустя полгода после его ухода «младшая сестренка» все же доверилась Tele Loisirs – взволнованная, но полная решимости. 8 ноября во всех книжных магазинах в продаже появится книга «Мой брат, артист», которую Лесли посвятила ему… Из сотен фотографий Лесли выбрала те, которые самым лучшим образом раскрывают различные этапы жизни и карьеры Грегори, и, опираясь на них, сама составила текст для каждой – самое трогательное из всех признаний в любви. А чтобы дополнить интервью Лесли, мы решили попросить некоторых людей, которые любили Грегори – которые любят его – его близких и артистов, тоже сказать о нем пару слов. Им нечего «продавать», они не делают себе таким образом пиар, им не нужно постоянно подчеркивать свою связь с Грегори, чтобы заработать популярность. Они просто захотели еще раз рассказать о нем, со всей искренностью…
Все авторские права Лесли Лемаршаль на книгу переданы Ассоциации имени Грегори Лемаршаля, потому что исследования необходимо финансировать, а больных необходимо поддерживать… Поэтому не стесняйтесь в покупках.

Марк Тейнье – заместитель главного редактора журнала Tele Loisirs.



Без единого колебания близкие Грегори люди – некоторые даже с другого конца света - откликнулись на нашу просьбу поделиться своими воспоминаниями и рассказать о том, как этот паренек дарил им счастье, восхищал их, учил их чему-то в жизни и помогал раскрыть самих себя… Их слова просты, искренни и трогательны. Как сам Грегори.

Пьер Лемаршаль
Его папа

Продолжать бороться.

Я очень горжусь той работой, которую Лесли проделала над своей книгой, и я совсем не удивлен. Мы с Лоранс, моей женой, часто говорили о том, как удивительно правильно Лесли всегда реагировала на то, что нам пришлось пережить с Грегом задолго до Стар Ак. И сейчас она внесла огромный вклад в борьбу Ассоциации имени Грегори Лемашаля, уступив нашему фонду все авторские права. А что касается Ассоциации – уже в начале 2008 года мы сможем рассказать вам о новых планируемых нами акциях, а также отчитаться за уже собранные средства. И мы представим отчет о том, на что именно были потрачены 7 миллионов евро, собранные в мае во время передачи в память о Греге на TF1. Этими деньгами распоряжалась ассоциация Победить муковисцидоз, которая провела огромную работу, достойную восхищения, и с представителями которой мы работаем бок о бок.

Лесли Лемаршаль: «Я горжусь им».

Это ее первое интервью. Эмоции трудно скрыть – они ощущаются почти физически. Лесли решила прервать свое молчание в СМИ, чтобы рассказать о книге фото-альбоме «Мой брат, артист» (издательство Michel Lafon), в которой она шаг за шагом прослеживает жизнь и карьеру того, кого она так сильно любит.

- Каким образом вам пришла в голову идея заняться этой книгой?
- Этот проект появился после моего разговора с издательством Michel Lafon. Они хотели через меня придать этому альбому более личный характер. Я согласилась без малейшего колебания. Это позволяет мне самым прямым образом поучаствовать в борьбе, которую ведет наша Ассоциация, и потом это возможность почтить память моего брата, это мой собственный способ показать ту огромную любовь, которую я к нему испытываю, показать ту сильнейшую связь, которая всегда существовала между нами, показать, что мой брат – это все для меня.

- Легко ли было отобрать фотографии для книги?
- Нет, это было непросто, но мне кажется, что в итоге мы сделали правильный выбор. Некоторые из этих кадров уже были опубликованы в прессе, но мне кажется, что поклонники Грегори оценят их еще больше, когда увидят их в таком красивом издании. А другие кадры – и мы постарались взять их как можно больше – никогда не издавались раньше.

- Ваши тексты очень-очень личные – вы обращаетесь напрямую к нему…
- Я сказала себе, что если я этого не сделаю, то тогда не так значим будет тот факт, что это именно я, его сестра, а не кто-то другой писал эти тексты. И потом… для меня это был единственный способ поговорить с моим братом. Я там в определенный момент упоминаю чувство безысходности, которое я ощущаю. И даже если он всегда мог прочесть это в моих глазах, все равно многие вещи я никогда ему не говорила, потому что не хотела волновать его, потому что он всегда так волновался за меня, за наших родителей. Он очень боялся заставить нас страдать.

- Он много секретничал с вами?
- Ему было очень важно обязательно знать мое мнение по всем вопросам. Но в то же время мне кажется, я всегда была с ним довольно деликатной. Я позволяла ему полностью отдаться его увлечению и прожить его. Я ободряла его в моменты сомнений или тогда, когда он не был собой доволен… Я постоянно повторяла ему, до какой степени он был великолепен и чудесен! Может это и не было слишком объективно, конечно… И да, я ему говорила, что очень горжусь им, для меня это было такое счастье – видеть, как исполняется его мечта… Настоящее счастье…

- Несмотря на свой успех, он все равно сомневался в себе?
- Он никогда не был на 100% доволен собой. Выходя со сцены, он вполне был способен начать убеждать нас, что он не очень хорошо справился, хотя на самом деле отдал всего себя. Он ни за что не хотел разочаровать своих поклонников. Он всегда этого немного боялся.

- Тяжело ли быть сестрой такой личности, как Грегори Лемаршаль – ведь он всегда был в свете славы?
- Никогда, никогда в жизни я не испытывала даже намека на ревность или зависть. Наоборот. Для меня высшим счастьем было видеть счастливым его. И я никогда не чувствовала себя покинутой и забытой. А сейчас я испытываю огромную гордость, что моя брат является источником надежды, примером, что люди восхищаются его личностью и его историей. Он всегда был для меня замечательным примером, с моего самого раннего детства. Он помогал мне расти и взрослеть.

- Вы сейчас получаете много знаков внимания, сочувствия?
- Да, люди часто говорят приятные слова, выражают свое восхищение Грегом и даже нашей семьей. Я говорю себе, что через нас они как бы обращаются к нему, и меня очень это трогает

- Книга называется «Мой брат, артист». Послушав и почитав вас, можно сделать вывод, что она так же могла бы называться «Мой брат, мой герой».
- «Мой брат, артист» - очень подходящее во всех смыслах название, но да, я могу сказать, что мой брат – это мой герой. Его жизнь и его опыт всегда будут наставлять меня на моем пути. Боль от его утраты не покинет меня никогда, и мое счастье теперь уже никогда не будет полным, но мне хочется, чтобы мой брат был бы спокоен за меня и видел бы, что моя жизнь удалась. Я не хочу распускаться, не хочу сломаться… Я говорю вам это сейчас, а сама плачу – я понимаю, что это парадоксально… Но незадолго до смерти его так мучило, что я видела его таким. Он мне говорил «Ты из-за меня запустишь учебу». Поэтому добиться успеха в жизни – это самый прекрасный подарок, какой я могу ему сделать. Я верующая. Я знаю, что он видит меня, что если мне плохо, значит и ему плохо. А этого я хочу меньше всего на свете.



Карин Ферри
Его возлюбленная, ведущая

Он был благородным.

Грегори никогда не притворялся. Он был столь же щедрым и благородным со своей публикой, как и со мной в любви. Его взгляд был таким же живым на сцене, как и в нашей повседневной личной жизни. Ему доставляло одинаковое удовольствие петь вместе с великими грандами как Брюэль или Фьори или с учениками Стар Академи – главное для него было чувствовать связь на эмоциональном уровне. Недавно вечером я пересмотрела его концерт в Олимпии. Он так восхищался этим залом, его мечта тогда осуществилась, он был так счастлив видеть весь этот народ, людей, пришедших только ради него. Он очень много любви отдавал своим поклонникам, и столько же получал от них. И он хотел бы дарить им намного, намного больше, но эта болезнь уже тогда навязывала ему определенные ограничения.

Патрик Брюэль
Певец, актер

Полнейшая самоотверженность.

Грегори - это для меня в первую очередь эмоции. Самая первая эмоция, которую он вызвал мгновенно, как только я увидел его по телевизору… Потом вторая, невероятно сильная, когда я впервые встретился с ним лично и почувствовал все то, что излучал этот человек. Во время сотого прайма Стар Академи я сказал, что Грегори – один из самых великих певцов, с которыми мне когда-либо приходилось петь. И в этих словах с моей стороны не было ни капли лести. Перед тем, как спеть с ним The Show Must Go On, я послушал его версию и мне стало страшно, впервые в моей карьере, что я не смогу быть на его уровне… Хотя я тенор и могу брать очень высокие ноты. Мне пришлось очень много поработать над этой песней. Самоотверженность Грегори ради другого человека, с которым он выступал, и ради искусства была стопроцентной, я никогда не встречал такого ни в одном другом артисте. Он был просто… впечатляющей личностью.

Лара Фабиан
Певица

Мы были очень близки духовно.

Грегори тронул меня, и это не имело никакого отношения к его болезни. Он был простым, чистым и по-особенному светлым. Мне кажется, мы были духовно очень близки. Он был настоящим артистом, который жил ради своей страсти и любви к музыке. Мы очень много общались через СМС, чтобы не беспокоить друг друга звонками, но в то же время иметь возможность все друг другу рассказать в любой момент. Я помню один наш долгий разговор поздно вечером в Риме. Его вопросы были скорее духовными, чем техническими. Я не удивлена реакцией людей на его уход. Это доказывает, что в этом мире есть еще люди, которые скрываются под маской мрачности и бесчувственности, но которых может тронуть то, что нес в себе Грегори – нечто невероятно сильное.

Патрик Фьори

Он был того же калибра, что и Брель.

Они были друзьями еще до Стар Академи. Для Патрика нет никаких сомнений: Грегори сделал бы великую карьеру.
- Вы знали Грегори еще до Стар Академи?
- Он передал мне свой диск и я был сразу же очарован. Он часто приходил ко мне домой, и мы вместе работали над песнями. Когда ему предложили участвовать в Стар Ак, я сказал ему: «Ты туда пойдешь при одном условии – что ты ее выиграешь».
- Вы выступали с ним на проекте?
- Нет, но позже, после Стар Ак, я пригласил его спеть вместе со мной дуэтом. Он пел просто фантастически, мне кажется, он даже превзошел меня в двух или трех нотах. Нет, правда, он просто привел меня в замешательство (смеется). А он приглашал меня в Олимпию, но мерзкий бронхит помешал мне тогда разделить с ним этот незабываемый момент.
- Мы сейчас слышим много комплиментов в адрес его голоса…
- Слушайте, меня очень редко действительно впечатляют голоса. Но его голос меня просто восхитил. Это может показаться глупым вашим читателям, но для меня Грегори был того же калибра, что и Балавуан или Брель. Его манера исполнения может служить эталоном. Он умел направить свою вокальную мощь в нужное русло и добавить нежности и мягкости эмоциям. У меня нет ни малейших сомнений в том, что его ждала великая и интернациональная карьера.
- Вы вместе с Жюли Зенатти написали для Грегори песню Le lien, которая сейчас вышла синглом на радио…
- Я послал запись этой песни Грегу за два месяца до его ухода. Он наложил на музыку свой голос и отослал эту запись обратно мне, сказав: «Я возьму ее в альбом, но только мне кажется, ее нужно поднять на полтора тона, а то звучит слишком низко», вот ведь плут… (смеется). Когда папа Грегори спросил у нас, можно ли будет использовать эту песню в пользу ассоциации, мы, естественно, согласились и передали им все авторские права. Мне немного странно слышать эту песню на радио… Мне было не по себе, когда я в качестве бэк-вокала записывал свой голос поверх голоса Грегори.

Марк Леви
Писатель

Его уход – это смятение.

Очень часто у слова «доброта» бывает некая снисходительная коннотация. А в Грегори это слово раскрывалось во всех его смыслах. Его благородство было очевидным, он был очень деликатным, внимательным. Именно поэтому я предложил ему свой текст Je t’ecris. С эмоциональной точки зрения мне было очень сложно переписать этот текст для вечера памяти на TF1. Мне казалось, что я никогда не справляюсь с последней фразой. И Иван Кассар был в том же состоянии, что и я. В конце песни мы поддерживали друг друга взглядами. Нам так тяжело далось это слово «человечность», потому что, произнося его, мы еще больше ощущали то смятение, которое вызвала кончина Грега. Общенациональные эмоции, которые были спровоцированы его уходом – это именно то, о чем я говорю… Они соответствуют той искорке человечности, которая погасла вместе с Грегори.

Иван Кассар
Аранжировщик, музыкальный директор

Какая духовная зрелость!

Люди часто говорят, что уходят всегда самые добрые и самые талантливые, и я очень боюсь, как бы это не оказалось правдой. Я помню, что я был с Флораном Пани на Стар Ак, и один друг мне сказал «Иди сюда, послушай вот это». На сцене Грегори исполнял SOS d’un terrien en detresse, и у меня мурашки пошли по всему телу. В тот же вечер я сказал себе – если этот парень будет записывать свой первый альбом, то он будет записывать его только со мной. Я всю жизнь буду вспоминать об этом прекрасном периоде. Запись была сложной в плане очень сжатых сроков, но было так увлекательно присутствовать у истоков артистического расцвета Грегори. У него было невероятное умение отдавать всего себя, и большая духовная зрелость для его возраста. Я был безумно к нему привязан. С ним было так легко жить и работать! Грег никогда не строил из себя звезду, когда переставал быть певцом…

Оливье Оттен
Его менеджер и друг

Он не был знаменитостью.

Мне кажется, Грегори бы гордился, что ему будет посвящена книга фотографий. Он очень переживал по поводу своего образа, и чтобы он одобрил то, как он выглядит на фотографиях – это нужно было очень постараться (смеется). Наверное, это похоже на всех артистов. Но Грег никогда не считал себя звездой, его жизнь была наполнена другим. В книге Лесли я говорю несколько слов об A corps perdu. Это была ЕГО песня. Он защищал ее открыто и изо всех сил, когда некоторые СМИ обвиняли текст в том, что он слишком сложный и слишком сильный. Он говорил мне тогда, что будет петь эту песню до самой смерти. Он хотел написать свою историю и не быть марионеткой судьбы…

Тьерри Сюк
Концертный продюсер

Радость остальным.

За кулисами своих концертов Грегори был одержим лишь одним – он всегда был сконцентрирован на том, чтобы принести радость остальным, а не самому себе. Жизнь его ни в чем не щадила. Посреди этого турне, сотканного из счастья огромного количества людей, у него случился приступ аппендицита. Его врач, мой друг, сказал: «Если его прооперируют, то и речи быть не может о том, чтобы он возобновил турне». А Грег нашел где-то эту невероятную силу, чтобы вернуться на сцену после операции, и произвел настоящий фурор во время последнего концерта в Олимпии. Он очень доверял мне в жизни. Иногда после концертов он уходил со сцены в полнейшем изнеможении, отдав всего себя без остатка, но все равно он хранил на лице улыбку и был счастлив, что смог это сделать. Он был невероятно красивой личностью… Все это настолько несправедливо.

Элен Сегара

Он дарил вам свою искренность

Она не могла больше петь Vivo per lei без него. До самой последней минуты Элен ждала, что он присоединится к ней на сцене.
- Грег – это была ваша артистическая любовь с первого взгляда?
- О да! С самого первого взгляда, когда я увидела его по телевизору. После Даниэля Балавуана меня не трогало ни одно исполнение SOS… Я понятия не имела, что он болен, меня просто сразу поразило то ангельское, что я в нем увидела. И я поняла, что его голос должен быть отражением его личности.
- Для вас петь с ним было особым удовольствием?
- Разумеется! Он играл со своим голосом как хотел! А в тех редких случаях, когда он использовал не те ноты, которые хотел, он так глубоко укорял себя за это… И на сцене, и в жизни для него самым важным была суть. И сам он дарил другим свою искренность и свое сердце.
- Вы получили множество сообщений с поддержкой от ваших собственных поклонников…
- В тот день, когда он ушел, я должна была давать концерт на открытом воздухе. Я столько плакала, что едва могла открыть глаза, и я спрашивала себя, как я в таком состоянии справлюсь с концертом? Я все по-честному объяснила публике. А у них уже были готовы плакаты «Грегори, мы тебя любим» и «Элен, мы с тобой».
- Знание о болезни Грегори как-то влияло на его восприятие, как артиста?
- Да, пока он был жив, к сожалению, да. Всегда находились глупые и злые люди, которые говорили, что победил муковисцидоз. Но Грегори был и продолжает оставаться воплощением надежды для стольких детей, для стольких больных… Необходимо обязательно собирать еще средства, чтобы продолжать исследования!
- Что приходит вам на ум, когда вы думаете о нем?
- Его лицо, его улыбка, глупости, которые он говорил, когда ему приходилось особенно тяжело, его смелость. Иногда я улыбаюсь, когда вспоминаю все это, а иногда плачу… А еще – и это большая редкость в нашей профессии – я никогда не слышала, чтобы он критиковал кого бы то ни было.

Летисия
Его гример

Вечный шутник!

Сначала Грегори не нравилось, когда ему делали какой-либо макияж, ему не нравилось, чтобы кто-то прикасался к его лицу! А потом потихоньку он это полюбил, я даже делала ему небольшой массаж головы, чтобы помочь ему расслабиться. С ним нам всем снова становилось по пятнадцать лет – он постоянно отпускал свои шуточки и придумывал розыгрыши. Например, одним из его приколов было неожиданно начать орать в ухо собеседника, с которым он говорил по телефону! Рядом с ним всегда можно было научиться чему-то новому, он давал настоящие уроки жизни, несмотря на разницу в возрасте. Конечно же, Грегори никого не оставлял равнодушным, он очень много значил в моей жизни, он показал мне, что такое сила воли. Я думаю о нем каждый день.

Никос Алиагас
Журналист, ведущий

Не продавай душу…

Я мог рассчитывать на Грегори, а он мог рассчитывать на меня. Я знаю, что наши пути пересеклись не случайно. Он многому научил меня во мне самом, он научил меня, что что бы ни случилось, нельзя сворачивать со своего пути, что нельзя менять свой внутренний мир ради того, чтобы угодить миру внешнему, нельзя продавать душу… Он никогда не пытался играть на чувствах людей, хотя ему пришлось многое пережить. Он часто говорил мне «Отдохни, мой дорогой Никос, тебе нужно набраться сил». Он беспокоился о других… Это невероятно, правда? А достоинство его семьи приводит меня в восхищение. Мое уважение к ним безгранично. Пьер Лемаршаль – мой герой. 

Перевод -  petite_fee
Tags: О нём говорят, Пресса Hommage, СМИ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments